Неточные совпадения
И что ж? Глаза его читали,
Но мысли были далеко;
Мечты, желания, печали
Теснились в душу глубоко.
Он меж печатными строками
Читал
духовными глазами
Другие строки. В них-то он
Был совершенно углублен.
То были тайные преданья
Сердечной, темной старины,
Ни с чем не связанные сны,
Угрозы, толки, предсказанья,
Иль длинной сказки вздор живой,
Иль письма
девы молодой.
—
Дела этого рода решаются, как вам известно,
духовным ведомством; отцы же протопопы в
делах этого рода большие охотники до мельчайших подробностей, — сказал он с улыбкой, показывающей сочувствие вкусу протопопов.
И, стремясь возвыситься над испытанным за этот
день, — возвыситься посредством самонасыщения словесной мудростью, — Самгин повторил про себя фразы недавно прочитанного в либеральной газете фельетона о текущей литературе; фразы звучали по-новому задорно, в них говорилось «о
духовной нищете людей, которым жизнь кажется простой, понятной», о «величии мучеников независимой мысли, которые свою
духовную свободу ценят выше всех соблазнов мира».
— Сына и отца, обоих, — поправил дядя Миша, подняв палец. — С сыном я во Владимире в тюрьме сидел. Умный был паренек, но — нетерпим и заносчив. Философствовал излишне… как все семинаристы. Отец же обыкновенный неудачник
духовного звания и алкоголик. Такие, как он, на конце
дней становятся странниками, бродягами по монастырям, питаются от богобоязненных купчих и сеют в народе различную ерунду.
— Нет, я ведь сказал: под кожею. Можете себе представить радость сына моего? Он же весьма нуждается в
духовных радостях, ибо силы для наслаждения телесными — лишен. Чахоткой страдает, и ноги у него не действуют. Арестован был по Астыревскому
делу и в тюрьме растратил здоровье. Совершенно растратил. Насмерть.
Вообще все эти
дни он был на той счастливой высоте
духовного зрения, с которой отчетливо замечались им все намеки и подсказы действительности; услыша заглушаемые ездой экипажей звуки, он вошел в центр важнейших впечатлений и мыслей, вызванных, сообразно его характеру, этой музыкой, уже чувствуя, почему и как выйдет хорошо то, что придумал.
Эта Марфа Игнатьевна была женщина не только не глупая, но, может быть, и умнее своего супруга, по меньшей мере рассудительнее его в
делах житейских, а между тем она ему подчинялась безропотно и безответно, с самого начала супружества, и бесспорно уважала его за
духовный верх.
Исцеление ли было в самом
деле или только естественное улучшение в ходе болезни — для Алеши в этом вопроса не существовало, ибо он вполне уже верил в
духовную силу своего учителя, и слава его была как бы собственным его торжеством.
Духовный подъем, нравственная сила и воодушевление ныне обнаруживаются в патриотическом
деле служения родине, в защите родины до смерти.
И
духовное преобладание в мире России, а не Германии есть
дело творческого произвола, а не отвлеченной справедливости.
Дело идет о мировом
духовном преобладании славянской расы.
Но это предполагает
духовное движение в мире, которое есть
дело свободы.
Встречались Райскому дальше в городе лица, очевидно бродившие без
дела или с «миражем
дела». Купцы, томящиеся бездельем у своих лавок; поедет советник на дрожках; пройдет, важно выступая,
духовное лицо, с длинной тростью.
Духовное твое рождение совершилось в
день празднования собора Крестителя, «величайшего между рожденными женою», Господня Предтечи, к его лику принадлежишь ты, вестник небес.
Понять это не трудно: ведь неоплатоники боролись за безнадежное
дело, — религия язычества уже была сокрушена крестом, и попытки ее спасти, как бы они ни были философски гениальны, все же являлись порождением
духовной реакции и обречены были на неудачу.
Как ненавижу я тебя, исчадие полуобразования,
духовная чума наших
дней, заражающая юношей и детей!
Не могут быть применимы к
духовной телесности и формы «трансцендентальной эстетики» [
Раздел «Критики чистого разума» И. Канта, в котором анализируются пространство и время как априорные формы чувственного восприятия.], т. е. временность и пространственность.
Правда, такой
духовный нищий «спасется как из огня», ибо «
дело его сгорит», так что «и одетый он окажется нагим» (2 Кор. 5:3), перейдя через мччительнейшее рассечение и отсечение.
Как мы смеялись от чистого сердца этому
разделу духовной и светской власти!
Года через два-три исправник или становой отправляются с попом по деревням ревизовать, кто из вотяков говел, кто нет и почему нет. Их теснят, сажают в тюрьму, секут, заставляют платить требы; а главное, поп и исправник ищут какое-нибудь доказательство, что вотяки не оставили своих прежних обрядов. Тут
духовный сыщик и земский миссионер подымают бурю, берут огромный окуп, делают «черная
дня», потом уезжают, оставляя все по-старому, чтоб иметь случай через год-другой снова поехать с розгами и крестом.
— Черной
дня, когда исправник да поп приедут. Вот о последнем-то я и хочу рассказать вам кое-что. Поп у нас превращается более и более в
духовного квартального, как и следует ожидать от византийского смирения нашей церкви и от императорского первосвятительства.
Я никогда не был политиком, и моя мысль о злобе
дня никогда не делалась политической, она оставалась философской, моральной, заинтересованной
духовной стороной вопроса.
Каждый
день мы ведем с ней умственные и
духовные беседы, иногда спорим.
Официальное католичество и официальный протестантизм создали огромную богословскую литературу, богословие стало
делом профессиональным, им занимались специалисты, люди
духовные, профессора богословских факультетов и институтов.
Видишь ли, в чем
дело, если внешний мир движется одной бессознательной волей, получившей свое конечное выражение в ритме и числе, то неизмеримо обширнейший внутренний мир основан тоже на гармоническом начале, но гораздо более тонком, ускользающем от меры и числа, — это начало
духовной субстанции.
Но на практике эта статья неудобоисполнима, так как
духовное лицо пришлось бы приглашать каждый
день; да и подобного рода торжественность как-то не вяжется с рабочею обстановкой.
Не из одного ведь тщеславия, не всё ведь от одних скверных тщеславных чувств происходят русские атеисты и русские иезуиты, а и из боли
духовной, из жажды
духовной, из тоски по высшему
делу, по крепкому берегу, по родине, в которую веровать перестали, потому что никогда ее и не знали!
— Верное
дело, — объявил наконец Птицын, складывая письмо и передавая его князю. — Вы получаете безо всяких хлопот, по неоспоримому
духовному завещанию вашей тетки, чрезвычайно большой капитал.
—
Дело ваше, а
духовная все-таки недействительна.
— Не знаю, как доложить. Сряжался в дорогу, так говорил, чтоб скоро его не ждали, что ему надо в город проехать. В
духовное правление по какому-то
делу требуют, рассыльный приезжал третьего
дня, — сказала матушка попадья.
Не то на
деле вышло: черствое сердце сурового отреченника от людей и от мира дрогнуло при виде братней нищеты и болезненно заныло жалостью. В напыщенной
духовною гордыней душе промелькнуло: «Не напрасно ли я пятнадцать годов провел в странстве? Не лучше ли бы провести эти годы на пользу ближних, не бегая мира, не проклиная сует его?..» И жалким сумасбродством вдруг показалась ему созерцательная жизнь отшельника… С детства ни разу не плакивал Герасим, теперь слезы просочились из глаз.
А третьего
дня уверяли, что ведением своим я достигла всего; Николай Александрыч сказал, что теперь велик мой дух на земле и что мне недостает только
духовного супружества…
— Свят ли он, не свят ли, Господь его ведает, знаем только, что во святых он не прославлен, — молвил Зиновий Алексеич. — Да и то сказать, кажись бы, не
дело ему по торговле да кабалам судить.
Дело его
духовное!
— По карману он, сударыня, ревнитель, а не по вере, — досадливо сказала на то мать Таифа. — Погряз в мирских
делах, о
духовных же не радит.
Дуня, с первого знакомства, то и
дело приставала к ней с вопросами о
духовном супружестве, но старая
дева не умела ей вполне объяснить, в чем тут
дело.
После этого Дуня, без уговоров Марьи Ивановны, каждый
день приходила обедать, чтобы повидаться с Денисовым. Так ей хотелось узнать подробнее о
духовном супружестве. «Не все ж у них ложь и обман, — она думала, — а Денисов, кажется, правдив, не то что другие. На другой
день после свиданья с ним он прямо мне сказал, что смутившие меня сказанья сущий вздор, пустая, бессмысленная выдумка глупых людей… Но для чего ж он хочет говорить со мной наедине?»
Между тем, когда о «
духовном союзе» узнали и участников его разослали по монастырям, добрались и до Луповицких. Ни их богатства, ни щедрые пожертвования на церкви, больницы и богадельни, ни вельможные однополчане — ничто не могло им помочь. Кончил свои
дни Александр Федорыч в каком-то дальнем монастыре, жена его умерла раньше ссылки.
Марья Гавриловна приезжала на похороны и в тот же
день, как зарыли ее мужа, уехала в Самару, а оттуда по скорости в Казань к своим родным. Лохматов не оставил никакого
духовного завещанья; Марье Гавриловне по закону из ее же добра приходилось получить только одну четвертую долю, остальное поступало в семью Трифона Лохматова. Но Трифон, зная, какими путями досталось богатство его сыну, отступился от нежданного наследства, и таким образом Марье Гавриловне возвратился весь ее капитал.
— Пора бы, давно бы пора Николаюшке парусами корабль снарядить, оснастить его да в Сионское море пустить, — радостно сказал он Пахому. — Вот уж больше шести недель не томил я грешной плоти святым раденьем, не святил души на Божьем кругу… Буду, Пахомушка, беспременно буду к вам в Луповицы… Апостольски радуюсь, архангельски восхищаюсь столь радостной вести. Поклон до земли
духовному братцу Николаюшке. Молви ему: доброе, мол,
дело затеял ты, старик Семенушка очень, дескать, тому радуется…
Верно,
дело идет большое, до всех добираются, говорят, что даже самые архимандриты призваны к ответу и лишены своих мест, не упоминаю уж о попах, монахах и прочего звания
духовных людях.
Дни проводил он в разговоре со стариком Пантелеем да с Никифором Захарычем либо вполголоса напевал себе
духовные песни да псалмы, а ночи просиживал на крылечке подклети.
— Что же, — сказал Симановский, —
дело новое, незатасканное, и как знать, чего не знаешь, — может быть, вы, Лихонин, сделаетесь настоящим
духовным отцом хорошего человека. Я тоже предлагаю свои услуги.
— Матушка! Да какие ж от наших московских бывали к вам повеления?.. Какое властительство?.. Помилуйте! — оправдывался Василий Борисыч. — Вам только предлагают церковного ради мира и христианского общения принять архиепископа, а власти никакой над вами иметь не желают. То
дело духовных чинов. Примете архиепископа — его
дело будет…
Ведомо вам, что в мимошедшем седьмь тысящ триста пятьдесят седьмом году, ианнуария в третий
день, на память святого пророка Малахии, господин митрополит всех древлеправославных христиан по долгу своего пастырства, помощь желая сотворить всем в Российской державе пребывающим древлеправославным христианам, столь изнемогшим в проявлении
духовных чинов, по совету всего освященного собора, рукоположил во епископа на Симбирскую епархию господина Софрония, и для общей пользы смотрительно препоручил ему на время правление и прочих мест в России, на что и снабдил его своею святительскою грамотою.
Однажды на Тихонов
день [16 июня 1708 года.] многие старцы и старицы, именитые люди и
духовного чина к матери Голиндухе в обитель сходились разбирать поподробну «спорные письма» протопопа Аввакума и обрели в них несогласных речей со святых отец Писанием много, за то и согласились отложить те письма.
Письма привез он из Москвы, и скоро его митрополит по всем
духовным степеням произвел: из простецов в пять
дней стал он епископ Софроний и воротился в Россию.
— Дивная старица! — сказал отец Михаил. —
Духовной жизни, опять же от Писания какая начетчица, а уж домостроительница какая!.. Поискать другой такой старицы, во всем христианстве не найдешь!.. Ну, гости дорогие, в трапезу не угодно ли?.. Сегодня
день недельный, а ради праздника сорока мучеников полиелей — по уставу вечерняя трапеза полагается: разрешение елея. А в прочие
дни святыя Четыредесятницы ядим единожды в
день.
Ихнее
дело — царская служба, а вера
дело духовное — особь статья…
И вдруг опять вести из Нижнего: отчаянные письма моей матушки и тетки. Умоляют приехать и помочь им в устройстве
дел. Необходимо съездить в деревню, в тот уезд, где и мне достались"маетности", и поладить с крестьянами другого большого имения, которых дед отпустил на волю еще по
духовному завещанию. На все это надо было употребить месяца два, то есть май и июнь.
Пришла весна, и Люксембургский сад (тогда он не был урезан, как впоследствии) сделался на целые
дни местом моих уединенных чтений. Там одолевал я и все шесть томов"Системы позитивной философии", и прочел еще много книг по истории литературы, философии и литературной критике. Никогда в моей жизни весна — под деревьями, под веселым солнцем — не протекала так по-студенчески, в такой гармонии всех моих
духовных запросов.